Болезнь начиналась как простуда.

– Еще полгода назад я была абсолютно здоровым человеком, – вспоминает Регина. – Начался обычный кашель, обратилась в поликлинику, сделали снимки, ничего не увидели. Назначили курс лечения, сдавала много анализов, но лучше не становилось. Потом уговорила перевести на дневной стационар, ставили антибиотики, делали УВЧ.

Неизвестно, чем бы закончилась эта эпопея, но по совету знакомых поехала в Уфу к пульмонологу. Тот отправил ее на КТ, а потом – сразу к онкологам.

– Приехала в Челябинск, доктора меня сразу приняли. Все собрала – документы, анализы, приехала уже никакая: была одышка, ходить совсем не могла, – добавляет молодая женщина.

Ситуация была критической.

– В правом бронхе опухоль сузила просвет до одного миллиметра и выключила из процесса дыхания все правое легкое. Она перешла и на левый бронх, и на просвет трахеи: в норме должно быть полтора-два сантиметра, а осталось всего пять миллиметров, – вводит в курс дела заведующий отделением торакальной онкологии ЧОКОД, к. м. н. Андрей Лукин. – При дыхательной недостаточности невозможно проводить никакое другое специализированное лечение. Это очень тяжело и для пациентки, и для врачей. Возможности помочь очень ограничены.

1 / 2
Операция открыла «второе дыхание»
Операция открыла «второе дыхание»

Раньше это была бы только трахеостома – длинная интубационная трубка, которую через опухоль нужно было бы как-то протолкнуть и завести в левый главный бронх. Риск внутренних кровотечений, воспалений, отсутствие контроля как при интубировании, так и при последующей эксплуатации, трубка постоянно бы забивалась мокротой, ее нельзя было бы санировать – это далеко не полный перечень опасностей, который подстерегал бы Регину. К тому же с таким «лечением» можно было бы протянуть не больше пары-тройки дней.

Теперь есть другой способ - операция, которая проходит поэтапно и занимает несколько дней.

– На первом этапе мы выполнили комплексную эндоскопическую реканализацию: сначала с помощью аргоноплазменной коагуляции удалили экзофитный компонент (часть опухоли), который перекрыл просвет, потом – фотодинамический этап, – поясняет заведующий эндоскопическим отделением ЧОКОД Константин Кулаев. – В вену вводится фотосенсибилизатор – вещество, которое «подстраивает» раковую клетку под лазер с частотой определенной волны, чтобы тот мог разрушить ее, и проводится облучение. На третьем этапе – установили эндопротез, или стент. Все манипуляции занимали несколько часов.

Операция открыла «второе дыхание»
Операция открыла «второе дыхание»
Операция открыла «второе дыхание»

Сам стент подбирается индивидуально. Он изготовлен из специального материала – никелида титана, или «биокерамики», очень прочного, пластичного, обладающего «памятью формы» материала. Покрыт силиконом, чтобы не дать опухоли опять прорасти внутрь. В то же время сквозь стент можно снова и снова проводить фотодинамическую терапию и обрабатывать опухоль с помощью лазера. По словам специалистов, иногда не удается поставить стент на весь промежуток трахеи или бронха. Тогда все выполняется постепенно, один стент наращивается, насаживается один на другой. Размер этого стента был всего 4 см, а были случаи, когда приходилось «открывать» весь просвет трахеи, и тогда использовался максимально длинный – 8 см.

Такой протез стоит порядка 40 000 рублей, однако закупается он на средства ФОМСа, а не пациента. Через два-три месяца специалисты его уберут. В отличие от сосудистых, которые работают по такому же принципу и используются в кардиохирургии при стенозах или аневризмах артерий и остаются в них навсегда, из полого органа такой эндопротез нужно удалить. Он – лишь временная мера, чтобы дать возможность восстановить дыхание и просвет в трахее. Пока такой стент у Регины стоит только на левом бронхе, а правый врачи оставили закрытым, потому что его невозможно было открыть. В процессе лечения специалисты определятся с последующей тактикой. В любом случае они попытаются открыть и его - тоже с помощью реканализации и стентирования.

Операция открыла «второе дыхание»
Операция открыла «второе дыхание»

– Подобные тяжелые случаи встречаются довольно редко: два-четыре раза в год. Для таких операций необходимо высокотехнологичное оборудование, к тому же нужна высокая квалификация персонала, – подводит итог Андрей Александрович. – Мы провели операцию женщине, которая практически не могла дышать из-за опухоли. На этом её лечение не заканчивается, но появляется надежда на лучшее. В дальнейшем мы планируем провести курс химиотерапии и несколько курсов лучевой терапии. Проблема подобных случаев в том, что в легких нет болевых рецепторов, поэтому об опухоли люди узнают только тогда, когда она разрастается до больших размеров. Поэтому мы рекомендуем проходить плановые флюорографические осмотры - они позволяют своевременно выявить проблему и начать лечение.

Операция по стентированию прошла в конце ноября, а сейчас Регина уже закончила первый курс химиотерпии. Впереди – еще долгий и непростой путь к выздоровлению, но молодая женщина настроена решительно.

Операция открыла «второе дыхание»
Операция открыла «второе дыхание»
Операция открыла «второе дыхание»

– Сейчас чувствую себя удовлетворительно, намного лучше – живу, дышу, пью, хожу! Настрой боевой, пытаюсь выкарабкаться. Мне поддержкой – моя родная сестра, – уверена Регина.